Адаптация / Adaptation

Николас Кейдж в этой картине исполняет роль Чарли Кауфмана - лос-анджелесского сценариста, человека у которого вся жизнь идет кувырком: начиная от комплекса неполноценности, кончая сексуальными проблемами. А вот его брат-близнец Дональд, чувствует себя вполне хорошо и даже претендует на гораздо большее, чем то, что он собою представляет. Пока Чарли занимается сценарной адаптацией книги Сьюзен Орлеан (Мерил Стрип) "Украденная орхидея", его судьба причудливо переплетается с жизнью Орлеан, Джона Лароча (Крис Купер) - как раз того самого похитителя орхидеи, да и с темой самой книги, поскольку каждый из них, может быть, ищет то, чего не замечает в другом.

Рецензия №1:

СЮЖЕТ
Взявшись за экранизацию книги Сьюзан Орлин (Стрип) «Вор орхидей», известный сценарист Чарли Кауфман (Кейдж) обнаруживает, что задача отнюдь не так проста, как показалось ему на первый взгляд. Истории не хватает сюжетного «мяса», Кауфману недостает вдохновения, чтобы пламенно воспеть орхидеи, но он не хочет поддаваться на уговоры продюсеров и «закрутить» сценарий из расхожих голливудских клише. В довершение всех несчастий нашего героя его брат-близнец, раздолбай Дональд, тоже решает начать карьеру в кино, причем вполне может добиться на этом поприще куда больших успехов, чем его прославленный родственник…

ФИЛЬМ
Сценарист Чарли Кауфман и режиссер Спайк Джонз не нуждаются в особых представлениях - достаточно сказать, что это создатели «Быть Джоном Малковичем», одного из самых необычных фильмов 1999 года. «Адаптация» - их вторая совместная работа, которая, как видно из сюжета, развивает идею использования реальных людей в вымышленном сюжете. Книга «Вор орхидей», например, существует на самом деле, в отличие от Дональда Кауфмана, который, однако, отмечен в титрах как соавтор сценария.

Сценарий «Адаптации» родился в результате серии неудачных попыток создания «настоящей» экранизации «Вора» и стал для Кауфмана поводом для трагикомедии о голливудском пристрастии к «сюжетным» историям. Персонаж Кейджа осознает, что не способен снять увлекательную картину без «выкрутасов», поскольку не может по-настоящему увлечься орхидеями и заразить этой любовью других. Его собственные интересы лежат в совершенно другой области - в зоне психологических драм, любовных историй и напряженных интриг. Здесь и только здесь он умеет находить сюжеты, из которых получаются интересные фильмы, и именно к «триллерному» повороту событий Кауфман в конечном итоге сводит свою картину. Показательное и грустное поражение, хотя не надо забывать, что в мире все же есть люди, способные снять захватывающую ленту о чудесах природы - вспомним хотя бы «Птиц» Жака Перрена. Тем не менее Кауфман попутно «вываливает» на голову зрителей множество интересных рассуждений о том, как создаются и строятся сценарии, и уже одни эти временами уморительно смешные монологи и диалоги стоят того, чтобы посмотреть «Адаптацию».

Вторая сильная сторона картины - это, бесспорно, актеры. Николас Кейдж, на время «потерявшийся» в триллерах и боевиках, в очередной раз доказал, что умеет бескомпромиссно и ярко воплощать психологически сложные образы и может почти без грима сыграть двух совершенно разных людей. Не менее интересно смотрятся и Мерил Стрип с Крисом Купером - последний, впрочем, берет не столько игрой, сколько фактурой. Также обратите внимание на Брайана Кокса в роли Роберта Макки, реально существующего лектора по теории эффектных сценариев. С такой замечательной командой задача Спайка Джонза была сравнительно проста - ничего не испортить, и он превосходно с ней справился, ни разу не выдав свои «видеоклиповые» корни. Вот что значит хороший сценарий, особенно если вспомнить, что без Кауфмана у Джонза пока что получились только идиотские MTV-шные «Чудаки».

ОЦЕНКА:
Полуавтобиографическая трагикомедия о голливудском сценаристе, осознавшем предел своего искусства.

Рецензия №2:
То ли он шубу украл, то ли у него
(Я не я, и лошадь не моя!)
Шизофрения как признак творческого гермафродитизма.

Фильм "Адаптация" -- это, в какой-то мере, киноаналог "Улисса" Джойса. Как безумный ирландец некогда вознамерился запечатлеть в толстенном талмуде все-все-все мысли, мыслишки, ассоциации, вспоминалки и оговорки, возникшие в течение одного дня в голове дублинского прощелыги Блума, так сценарист Чарли Кауфман ("Быть Джоном Малковичем", "Звериная натура") выплеснул через свой сценарий на экран все свои комплексы, творческие запоры, мании, фобии, фантазии и то, что в простоте мы именуем "гоном" и "шизней". Давний напарник Кауфмана режиссер Спайк Джонс все это прилежно снял и преподнес нам под ярлыком "комедия".

Самое смешное, что это практически правда. Чарли Кауфман в Зазеркалье, шизухе, подсознанке и несознанке -- это местами уморительно смешно. В промежутке между этими местами -- ваши отчаянные попытки сфокусироваться и понять, что именно происходит на экране.

В общих чертах происходит вот что: Чарли Кауфман, которого блистательно играет Николас Кейдж, реабилитировавший себя как актер после вагона и маленькой тележки пустопорожних блокбастеров, этот болезненно рефлексирующий лысый еврейский интеллигент с лишним весом и сороковником за плечами, пишет сценарий. Вернее, пытается писать. Потому что сценарий -- это адаптация книги известной журналистки Сьюзан Орлин (Мерил Стрип) о современном авантюристе Ляроше, промышляющем охотой на редкие орхидеи. Лярош этот хоть и полная противоположность Чарли Кауфмана, искрящийся экстраверт, но тоже -- человек с большими тараканами. Вся соль в том, что книга Орлин лишь формально -- история о Ляроше. На самом деле -- это история о том, как она сначала заинтересовалась им, потом очень хотела обрести такой же вкус к жизни, как у него, каким бы безумием он ни питался, а затем в Ляроше и в идее-фикс страстного отношения к жизни разочаровалась.

Вы думаете, это все? В фильме действует еще и брат-близнец Чарли Кауфмана, которого тоже играет Кейдж. Он -- воплощение того, что Чарли презирает, но одновременно и стремится к этому. Легкость, пошлость, умение любую сложность свести до уровня "2+2=4".

Кроме того, история отношений Сьюзан Орлин с Лярошем, описанная ею в книге, сильно отличается от того, что было между ними в реальности (в реальности фильма). Так что там еще и детективная линия.

Ну а теперь контрольный выстрел: реальный Чарли Кауфман, тот, что сочинил историю, в которой его играли Николасы Кейджи, действительно пытался писать сценарий-адаптацию книги реально существовавшей журналистки об охотниках за орхидеями. Но потом, застряв в творческом ступоре, плюнул на все и написал сценарий о том, как он пытался сочинить сценарий, и у него не получалось, и тогда он плюнул на все... Эй, вы еще с нами?

А теперь представьте, каково было настоящей, всамделишной сотруднице сценарного отдела студии (в фильме ее играет Тильда Суинтон) получить от настоящего Чарли Кауфмана текст, в котором он описывает свои сексуальные фантазии с ее участием? Отдадим должное этой железной тетке: преодолев шок, она решила, что это круто, и дала сценарию "Адаптация" зеленый свет. Чтобы потом, среди прочего, горделиво жаловаться во всех интервью, как персонаж сказки про козленка, который умел считать до 10: "Он и меня посчитал!"

Да, Чарли Кауфман посчитал всех. Реальных и вымышленных, тех, кем они хотели бы быть либо стали в больных фантазиях Чарли.

Это блестящая, хотя местами и невыносимая в своей шизанутости работа. Как "Улисс".

Я, кстати, там тоже есть. Как и всякий, кто хоть раз пытался что-то написать, не имея ни единой светлой мысли в голове.

Рецепт того, как это надо делать, в фильме имеется: сначала думаете о том, что для начала неплохо бы кофейку, потом говорите себе, что сначала нужно все-таки хоть что-то написать, пишите абзац из двух-трех фраз полной белиберды (прекрасно сознавая, что это белиберда), потом не можете уже думать ни о чем, кроме чашечки кофе. Перечитываете написанное и твердо решаете, что нужно отдохнуть.

Ну а потом уже, когда возьметесь за дело всерьез, просто пишите все, что в голову взбредет.

Да-да, так все это и делается!