Груз 200

Восьмидесятые года. Провинциальный Ленинск. Отношения юной красавицы и двух ее кавалеров тесно переплетаются между собой, образуя любовный треугольник. Сердце юной особы принадлежит десантнику, а в саму девушку страстно влюблен местный милиционер. Однако ж чувства его остаются без ответа. Избранника молодой красавицы отправляют в Афган, где он трагически погибает.

Рецензия:
Не хотелось писать о новой работе Балабанова по горячим следам. Вообще, честно говоря, при всем навязчивом шуме вокруг нее, раздуваемой ее жестокости – рецензировать это кино, да и просто идти на него особого желания не было. Ну отказалось от него ТВ. Ну в прокат его взял лишь один красноярский кинотеатр.
Но обещания, данные себе, часто нарушаются. И теперь это, пожалуй, первый за долгое время фильм, который я затруднюсь оценить как понравившийся или не понравившийся. С одной стороны, «Груз» – возврат к перестроечным мотивам, но только с несколько засюренным сюжетом. От него невозможно оторваться так же, как, например, от «Беспредела». С другой, просветление, простите за вынужденный пафос, неизбежно.
Что делает здесь Балабанов? Он бессовестно загоняет не иголки даже, а длинные спицы под ногти психике. На том, что лишь нащупывал, трогал ножкой лед в «Жмурках», оправдываясь общим стебаловом и трэшем, здесь он танцует краковяк. Никаких жмурок, никаких героических братьев, и ей, да, теперь очень больно. Нет, рекой кровь не льется. Крови и нет почти. И ужас не из «Малхолланд драйва» (хотя, несомненно, абсурд Линча «Грузу» в некоторой степени присущ), не из «Сайлент Хилла». Балабанов ведет привычную для себя игру на узнавание. Это все твое, родное, это Родина твоя, всех ли на свете ты любишь? «Груз 200» бьет по больному – по опоре на то, что хуже уже не будет. Хуже бывает всегда. Бьет по уверенности в милиции, в мужчине, в матери. Заигрывать с природными страхами человека нечестно и некрасиво. Но Балабанову на это плевать с молчащей колокольни – вероятно, потому что у него это хорошо получается. Методично, под собранный из «земли в иллюминаторе» и «маленького плота» саундтрек, режиссер предлагает зрителю один краш-тест за другим.
Есть здесь своеобразный переклик с «Братом», только не покойный Бодров-Багров едет вершить правосудие, а отчаявшаяся потерявшая мужа женщина. Супруга ее, кстати, играет Алексей Серебряков – и, пожалуй, за последнее время это лучшая роль актера. Герой Полуяна же в картине омерзителен настолько, насколько омерзительным не был до него ни один маньяк. Стокгольмским синдромом рядом с ним может быть охвачен только последний псих. Его улыбка очеловечившейся пираньи, мелкие черты лица, гадкое брюшко – все то, с чем ни одна девушка не хотела бы лечь в постель. Впрочем, девушкам не пристало ложиться туда и с покойными десантниками.
Ждать от фильма исторической достоверности откровенно незачем. Можно искать здесь метафоры – вот таким, дескать, голым, пьяным, изнасилованным пустой бутылкой социализма умирал СССР. Но в кои-то веки автору данной рецензии не до метафор. То же самое может сейчас происходить вон за тем окном, в гостинке на улице 60 лет Октября. Вон тот мотоцикл с коляской – кого он везет, почему девочка в нем размазывает тушь? В городе, стране, мире, где изнасилованных мертвых малышек выбрасывают на пустырях, обсуждение художественных приемов – последнее, чем хочется потешить себя.
Не хорошее и не плохое это кино – как не хорош и не плох медведь, рвущий на части еще живого человека. Не кино года. Не событие в мире кинематографа. Перестроечный флэшбэк. Но да, я посмотрела бы его еще раз. Поискала бы шероховатости сюжета. Пригляделась бы внимательней к характерам. И ни за что снова не пошла бы на «Груз 200» в кинотеатр. Потому что очень уж это страшно – целый зал, который забыл выдохнуть.
Александра Зет
Портал "Лаборатория новостей"